Наш выпускник Владимир Антоненко открыл в Доме художника свою персональную выставку

Джанкой и наша школа могут гордиться: выпускник школы 1973 года — Антоненко Владимир открыл в Доме художника (Симмферополь) свою персональную выставку. Выставка будет работать до 14.03.2015 г.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

А сейчас на ней можно полюбоваться тонкими, загадочными, тёплыми и умиротворяющими живописными работами, которые оставляют в душе чувство одновременно необыкновенной «знакомости» (они будто родные тебе, близкие, добрые) и иномирности, запредельности, острое «ощущение души». И не только увидеть картины, но и пообщаться с их автором, который всегда рядом, с удивительным теплом общается со зрителями, помогает им «войти в картину» и в свой художественный мир, пишет Марина МАТВЕЕВА.

 

С такими людьми легко. С ними хочется говорить и говорить. Благодаря такому общению можно многое постичь: то, что закрывается от нас бронёй выживания, выставляемой против жизненных стрессов. К таким картинам хочется возвращаться, хотя бы одну из них иметь у себя дома и, просыпаясь утром, видеть перед глазами как первую эмоцию нового дня. Если день начинается с даримого ею чувства, что мир не враждебен, любит тебя, готов обнять и принять, значит – всё будет хорошо.

Владимир Антоненко родился в 1955 году в Казахстане. Вырос и живёт в Крыму. Учился в Харькове, в Доме Народного Творчества (отделении художников-оформителей) и в Московском Заочном Народном Университете искусств (отделение станковой живописи и графики). Много лет работал художником-дизайнером на Симферопольском заводе пневмооборудования, параллельно занимался живописью. С 2001 года активно участвует в городских, республиканских и всеукраинских выставках (более 30). Постоянный участник Биеннале камерной акварели Крыма, где был неоднократно отмечен Дипломами Первой степени, призами и премиями. Работы художника находятся в частных коллекциях в России, Германии, Польше, Турции, Франции и в родном Крыму.

– Владимир Анатольевич, расскажите немного об этой выставке.

– Я давно хотел представить на суд зрителя свои работы в большой, с размахом, персональной выставке. Здесь нет никакой другой техники: на масла, ни темперы, – только акварель. Работы собраны за многие годы, с 2002 года. Те, которые были на выставке в Киеве, на наших крымских республиканских…. Те работы, которые были отмечены людьми, признаны – я их откладывал. И вот – персональная выставка, которая, на мой взгляд, в полной мере отражает характер художника. Здесь представлено порядка 50-и работ в технике «акварель по мокрому» (или «по сырому») – это значит, пишется по сырой бумаге. Это сложная техника: человек должен сосредоточиться, собраться и выплеснуть на бумагу то, что он «хотел сказать». И это должно быть сделано очень быстро, профессионально.

– Это что-то вроде импровизации?

– Да.

– Ошибки недопустимы?

– Недопустимы! Со стороны может показаться, что это легко. Но эта легкость достигается долгим, многолетним трудом, путём проб, ошибок. Вначале, когда работаешь по сырой бумаге, краска расплывается: хорошо писать облака, море, отражения… А когда бумага подсыхает, начинаешь добавлять какие-то детали: веточки, балкончики, крыши… И создается впечатление загадочности, недоговоренности… Дальний план выплывает… Мне очень нравится работать акварелью. Я пробовал другие техники: масло, темперу, пастель, – но душа выбрала акварель.

– Но поиски и пробы были?

– Да, были. То же можно выразить и маслом, но акварель тем и хороша, что здесь нельзя прийти на второй день, всё убрать и начать что-то исправлять или писать заново. В масле это допустимо. А в акварели ничего не исправить. Если пошла накладка цветов, получается грязь, работа считается испорченной, её просто выбрасывают.

– То есть, художника нельзя останавливать? Нужна спокойная обстановка, чтобы ничто не отвлекало? Чтобы войти полностью в этот процесс…

– Да, да. Супруга моя и дети уже знают, что когда я начинаю работать (у меня мастерская дома, выделена одна комната), то отвлекать меня нельзя. Малейшее отвлечение – уже работа не получается. Никаких телефонов, всё отключаю. Потому что нельзя на полчаса отставить, а потом вернуться и доделать. Но чтобы начать работу, мне иногда нужно долго концентрироваться, ходить несколько часов, всё в себе продумывать: какая краска куда перельётся и так далее. А потом собрался – и работу выполнил.

– Сколько времени уходит на написание вот такой картины, например? (выбрана картина, небольшая по размеру, но сложная по композиции и детализации)

– На написание такой работы где-то часа три уходит. Пишется по мокрому быстро, но нужно дать ей подсохнуть – и детализировать. Вот эти парусники, окошки – выполняются уже по сухой бумаге. Тут главное не переусердствовать. И самое главное всё-таки полностью выстроить эту картину, её композицию в своем воображении. Когда ты увидел её внутри себя, а потом увидел на бумаге, и у тебя чувство, что в ней всё то, что ты задумал – работа считается выполненной. А если она не соответствует твоему воображению, в ней не передано всё или передано как-то не совсем так, – это тоже работа выполненная, но уже не то. Здесь собраны те работы, в которых я абсолютно уверен. И они все мне дороги, как дети. Многие из них выставлялись в музеях, были призерами Дипломов Первой степени, Гран-При… Не только в Крыму…

– У вас много итальянских пейзажей. Наверно, выставлялись и в Италии?

– Нет, в Италию я лишь ездил на этюды. Там действительно есть много вдохновляющих моментов для работы. Но я там не выставлялся.

– А на выставках вне Крыма интересна ли зрителям крымская тематика, крымский колорит?

– Да, очень интересны. Работы крымских художников очень отличаются от остальных. Прежде всего, наполненностью солнцем, светом, южным колоритом. Мне очень нравится писать крымские дворики, старые постройки Гурзуфа… Черепичные крыши, солнечные переулочки… Это всё привлекает людей. Не свинцово-серые тона, к которым привыкли люди, живущие, допустим, на Урале или в Питере – они мало видят солнца, и у них это передается на картинах художников. А мы живём в Крыму и постоянно видим солнце, свет, радость, нашу великолепную природу, и все это в нашем воображении и на наших полотнах. Я побывал в Италии, во Франции, но такого состояния души, которое вызывает Крым, нигде нет.

– Однако у вас много картин с «дождливыми сюжетами»: сырые, затуманенные улицы, лужи, зонты, сумеречность… Чувствуется, что «акварель по мокрому» буквально создана для таких сюжетов. Так какую погоду легче рисовать в этой технике? И в какую погоду легче делаются этюды? Обязательно должно быть солнце – или иногда оно мешает?

– Для каждой работы – по-своему. Иногда бывает дождливый день, но можно передать такой колорит… Например, отблеск здания на мокром асфальте, проезжающий троллейбус, бегущие люди под зонтиками: все это создает такую неповторимость, что серый день нисколько не мешает, а только улучшает работу. А в солнечный день так хочется выразить дыхание весны, тепло лета…

– Да, акварель способна передавать не только свет, но и тепло – очень даже ощутимо. Ваше солнце греет.

– Да, когда все это льётся от души, людям это видно, они это чувствуют.

– А что в живописи больше всего нравится зрителю? Они предпочитают пейзажи, натюрморты, портреты?… Или люди разные – потому и любят разное?

– Всё зависит от характера. Есть люди, которым просто недоступно увидеть прекрасное. Если человек приезжает в Крым, он озабочен своим отдыхом, морем, купить там мороженное… А потом приходит на выставку, видит картину – впечатляется, говорит: «Мы же здесь были – как мы не видели этой красоты? По этой улице ходили, а всего этого не замечали!» Человек многое не замечает в жизни – творчество художников, бывает, открывает ему глаза. Поэтому люди очень любят крымские пейзажи. Художник пропустил это через себя, и как бы «преподает» зрителю, как урок, – все то, чего тот прежде не замечал.

– Много ли, на ваш взгляд, в Крыму, людей с художественным, поэтическим, в общем, творческим мышлением? И взглядом на мир – эдаким немного перевёрнутым, не совсем стандартным?

– У нас в Союзе разные художники, и каждый стремится выразить своё. У каждого свой стиль, и если видно, что он это делает от души, то это признаётся любым зрителем. Любая работа, будь она экспрессивна, авангардна, всегда своего зрителя найдёт. Вот, например, Виктор Ершов, – у него замечательные работы, но у них совершенно другой стиль. Огромные холсты, выполненные яркими мазками, – он работает в современной технике. Эти работы привлекают, он имет своего зрителя. Художники не должны повторяться, подражать. Ощущение своего стиля – главное.

– У вас на этой выставке абстракций, авангардизма нет. А вообще они есть?

– Нет. Я как-то пытался, но сразу почувствовал, что это не моё. Не нужно переступать через себя и делать то, что не греет, не приносит удовольствия. Самое главное, чтобы творчество приносило радость. Только тогда оно настоящее. Когда нравится и тебе, и людям нравится – двойная радость.

– Вы участвовали в недавно прошедшем Бьеннале камерной акварели. Кого вы могли бы там отметить?

– Илья Руденко, Виктория Козлова… В этом году Гран-При получили работы Андрияки – потому что новая школа, совершенно другая техника акварели: по сухой бумаге, наложением, отмывкой цвет на цвет. Крымчане ещё мало видели таких работ. Наших художников это заинтересовало, мы этому учились… Новое всегда интересно. А учеба – это, в любом случае, не подражание. Можно что-то брать от другого, но, в то же время, не так, как у него. Техники разные, но главное, что работы несут в себе энергетику.

– В Крыму сейчас многое изменилось. А как для художников? Для них изменилось что-то? Мышление как-то перевернулось? Или осталось тем же?

– Чувствуется. Перемены заметны. Возвращение Крыма в Россию принесло какую-то умиротворённость художникам. Смотришь, что происходит в других областях, и думаешь: как же художники, бедные, там выживают? Как сложно сосредоточиться и что то написать, когда вот такое… А когда мир – тогда и хочется работать.

– Хотите сказать, что художникам обязательно нужен мир? Вот, например, у поэтов, наоборот, очень вдохновляющим моментом является стресс. Чем острее ситуация, внешняя и личная внутренняя, тем они лучше пишут…

– У каждого человека – по-своему. И у художника, и у поэта – они тоже разные. А у меня так: когда я чувствую, что мои тылы защищены, семья моя спокойна, тогда и мне радостно творить, и я могу спокойно этим заниматься.

– Но бывают и такие художники, которым в тревоге лучше работается?

– Да, но у них и работы тревожные. Им нужен какой-то «подстёг», стресс. Но их работы те же эмоции вызывают и у зрителей. Я считаю, что таким произведениям место в галереях и музеях, а свой дом лучше украшать картинами спокойными и умиротворяющими. Но, опять же, это мое мнение, другие могут думать по-другому.

– Семья ваша вас поддерживает?

– Да, моя семья тоже творческая. Дети не художники – архитекторы. На первых курсах архитектурного вуза (наш НАПКС) изучается рисунок, живопись, поэтому они, видя, как работаю я, тоже занимались живописью. Они и сейчас продолжают писать работы, но делают это для себя, для души.

– А у вас эта работа основная? Профессия? То есть, именно этим вы и живете?

– Да, сейчас это моя профессия. Мои работы находятся в галереях, в музеях, на выставках, в частных коллекциях. Но я отработал 31 год художником-дизайнером на заводе пневомооборудования. Занимался там рекламой, а живопись была как хобби. Сейчас рекламой не занимаюсь, не хочу отвлекаться.

– Рисовать рекламу – это творчество? Или что-то другое?

– В любой работе можно найти творческий подход. Создавая эскиз рекламы, я сам решал, каким будет цвет, построение… Для меня это тоже было творчеством. Но я не получал полного удовлетворения. Я приходил домой после работы и писал картины. А сейчас я очень рад, что полностью перешёл на живопись. Предлагали мне заниматься и оформлением книг, но книжная графика – это совсем другое. И я не брался. Мне и сейчас предлагают заниматься рекламой, коллажами, которые пользуются спросом, на которых можно неплохо заработать. Но я занимаюсь только живописью. Лучше всего, когда профессия и хобби – в одном. Когда ты получаешь удовольствие, ещё и зарабатываешь этим. Для развития души и творческого роста это очень важно.

– Интересно ли вам самопродвижение? Как предпочитаете это делать: ждать, пока куда-то пригласят и что-то предложат – или действовать самому, настойчиво, с напором?

– Напор, в общем-то, не нужен. Люди сами видят, сами хотят, сами что-то предлагают.

– Я видела, вы продаёте картины в сквере в центре города. Как их покупают?

– Есть определённая группа людей – ценителей акварели. Им очень нравится, они покупают постоянно, через полгода-год – новую работу. Они дарят мои картины своим родственникам и друзьям. Бывают и случайные покупатели, в основном, это гости Крыма, которым хочется увезти с собой кусочек нашего солнца, нашего крымского света. Ведь главное, чтобы картина дарила людям радость. Именно для этого я и пишу.

К сожалению, расположение окон в выставочном зале, отсветы и бликование не дают возможности в полной мере передать всю тонкость и красоту художественных работ посредством фотографий. Пусть это будет дополнительным стимулом к тому, чтобы побывать на выставке Владимира Антоненко и увидеть их воочию, прикоснуться душой к светлой душе их создателя.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.